Когда-то давно… Легенда о забытом

Таверна «Ведьма и Ворон», редко кто осмеливается спуститься в это зловонное место, кишащее убийцами и ворами, готовыми в любой удобный момент пырнуть кинжал под ребро невнимательному искателю путешествий на свою пятую точку ради пары звенящих золотых монет, или чего-то более ценного. Казалось, ничего не меняется со временем: Аджай Грин принимает уставших путников, гарантируя, что никто не зарежет их ночью, пока те будут спать; Нариса Червонное Золото разносит крепкие напитки, попутно ловко приставляя кинжал к горлу тем, кто попытался ее шлепнуть; гоблины Бинзик и Усури все также работают банкирами, разводя проходимцев; Себастиан и Анжело пытаются выудить из канализационной воды что-либо стоящее – все как обычно, разве что на оленьих рогах теперь красуется чья-то грубо отрезанная кисть. По словам Аджая – это от того, кто пытался покуситься на кошелек полководца Уро, а тот ловко взмахнул топором, что бедняга умер не из-за того, что потерял много крови, а оттого, что ударная волна выбросила в канализационные стоки, где на вкус крови слетелась вся подводная экосистема.

Казалось, ничто не может нарушить такую стабильность. Но нет, день начался не так, как обычно. К Аджаю подошел человек среднего роста и телосложения, одетый как скрывающийся преступник по шаблону: черный плащ, капюшон, глубоко прячущий лицо. Вроде ничего необычного, каждый день тут проходят тысячи таких же головорезов. Но вопрос, который он задал, сильно удивил владельца:

– Мне нужна информация по поводу осколков «Лезвия Агонии», говорят, ты знаешь, к кому можно обратиться?

– С кем честь имею? – приподняв брови, сказал Аджай. – Нечасто такие вопросы мне задают. Это легенда, не более. Не существует никаких осколков «Лезвия Агонии». Сейчас только подобные тем гоблинам, что неподалеку гор-ланят акцию под сорокапроцентные кредиты. Да, Бинзик? – Крикнул Аджай гоблинам, те нахмурили брови, но продолжили свой «менеджмент».

– Тебе необязательно знать, кто я. Достаточно знать, что я щедро заплачу за информацию об осколках. – прохрипел неизвестный, закидывая кошелек на журнал посетителей.

Когда закинули кошелек, не было привычного звона монет, что очень насторожило Аджая, который по этому звону бы точно понял сумму.

– Что это? – посмотрел внимательно Аджай то на кошелек, то на неизвестного путника. Он легонько, едва заметно кивнул Нарисе. Наверное, чтобы та была готова к внезапной смене событий.

– Это ампулы с анимой. Уверяю, ценность их высока. – спокойно ответил неизвестный, видимо не опасаясь, что на его голову заочно объявят награду местные головорезы.

– Я знаю, что такое анима. Меня не интересует, извини, но ничем помочь не могу. Останетесь на ночь, или, может, хотите горячую еду и выпить? – спросил Аджай, точно зная ценность анимы. Но он не был бы хозяином таверны так долго, если бы не мог разглядеть среди посетителей как минимум двух агентов Похитителей солнца.

– Очень жаль. – стягивая кошелек произнес неизвестный.

Вроде все возвращается в свое русло, неизвестный собирался уходить. Было видно, что он осторожно оглядывался по сторонам, но возвращению «стабильности» помешал грубый дворфийский крик в дальнем углу таверны:

– Эй, ты, черноплащник, подойди ко мне! Есть кое-что.

Неизвестный остановился. На всякий случай он подготовился к нападению, едва заметно растопырив пальцы. Судя по всему, под плащом у него не только кошелек с анимой. Скорее такая готовность была вызвана не сколько криком, а столько тем, что на него посмотрела вся таверна. Посмотрел на тот угол, где сидел дворф. Дворф был довольно-таки плотный, с сильными руками и пивным брюхом, которое даже не скрывала длинная, в косичках, борода. Человек спокойно повернулся и двинулся в сторону углового столика, не было даже скрипа досок под ногами – настолько осторожной была походка.

– Присаживайся, уважаемый. Нариса, две пинты медовухи нам! – снова крикнул дворф, но не так громко, когда окликал «черноплащника».

– Я не буду. – отказался человек, – что у тебя есть?

– Не, парень, так дела не делаются. Хочешь информацию – пей со мной, иначе разговора не будет, – возразил бородач.

– Ладно. Выкладывай быстрее. – грубо ответил человек.

В этот момент к ним подошла Нариса, поставив на стол поднос с медовухой.

– Новый рецепт из клюквы и мёда, попробуйте. – сказала Нариса, осторожно осматривая незнакомца.

– Обязательно, милочка, будь готова приносить добавку! – закрутив усы, сказал дворф и закидывая пару золотых монет, – я угощаю, черноплащник. Не обязательно грубить, я уверен, моя информация тебе пригодится.

Нариса забрала монеты и отошла обслуживать другого посетителя.

– Не медли дворф, сразу к делу! – выходя из себя сказал незнакомец в плаще.

– Как грубо! «Прояви хоть элементарный этикет! – улыбаясь сказал дворф, отпивая глоток медовухи и причмокивая, — да-а, новый рецепт хорош». Итак, ты хоть в курсе, откуда эти осколки «Агонии» взялись, малец?

– Меч «Лезвие Агонии», когда-то был у рыцаря смерти по имени Митон. – ответил «черноплащник», – как это отн…

– Это говорит каждый школьник, который пошел на кабана в Дуротар. – перебил его дворф стукнув пинтой об стол, – настоящая история более драматична. Слышал легенду о Гром’гоке? Орке, который потерял все?

– Да. Но причем тут этот орк? Меня интересует информация о нахождении осколков, не более! Если ты решил тратить мое время сказками, то найди себе другого! – возразил незнакомец и встал со стола, направляясь в сторону разрушенной стены – выходу из этой части клоаки.

– Я обладаю информацией, и тебе придется меня выслушать, ибо ты больше нигде не найдешь того, что хранится в моей черепной коробке. Так что садись, пей и молча слушай! – грубо ответил на возражения незнакомца дворф.

Человек в черном плаще прорычал, но все-таки сел обратно. Его насторожила настойчивость дворфа. Кажется, он что-то задумал, но ему было все равно – избавившись от кошелька с анимой он бы автоматически перенаправил бы всех головорезов на охоту за этим дворфом.

– Итак, все знают, что Гром’гок был сначала простым шаманом, который имел семью. Он был женат на ночной эльфийке, вроде как еще они планировали завести детей. Получились бы, наверное, Эльфорки, представь себе длинноухих синих клыкастых эльфов, хе-хе! – рассмеялся дворф, – Но не в этом суть. Когда он вернулся после длинного «рейда», он заметил, что его дом пылал в зеленом пламени, а его эльфийка лежала с погасшими закатанными глазами. Это его разозлило и он обратился ко всем духам стихий, в том числе к тем, к кому не стоило обращаться, для того чтобы выследить того, кто убил его жену.

Дворф отпил пару глотков медовухи, промочил горло и продолжил:

– А нашел он «обидчика» в запределье, в Пустоверти. Им оказался рыцарь смерти Митон. К слову, он когда-то был чернокнижником, знал? – задал риторический вопрос незнакомцу дворф, – они были друзьями когда-то. Их сражение описывается в легендах – это брехня. Не было никакого сражения. Духи стихий просто не откликнулись на зов Гром’гока и были сожраны «Лезвием Агонии». Гром’гок просто ничего не мог сделать против Митона, он пытался сражаться щитом и молотом, но против мастера меча, темной магии и скверны было все равно. Дуэль была неравной. Но самое забавное, что меч не смог поглотить его душу. Оставленный, окровавленный и преданный другом Гром’гок попытался в последний раз попросить помощи у духов, но все тщетно…

Видно было, что у незнакомца кончается терпение, он слышал историю эту сотни раз, но пока ждал. Ждал и осматривался по сторонам. Дворф же выпил остатки медовухи и попросил у Нарисы добавки.

– В итоге Гром’гок очнулся рыцарем смерти в оплоте рыцарей смерти, Акерус, вроде – не помню. – дворф наконец-то увидел лицо незнакомца. Удачно упавший свет позволил распознать удивление в глазах человека, – удивлен, да? Вот об этом мало кто знает. Гром также скитался по свету, разыскивая осколки «Лезвия Агонии», ведь к тому времени Митон был уже мертв. Сколько прошло лет – никто не знает, может, десяток лет?

– Чем докажешь, дворф? – спросил незнакомец.

– Честным дворфийским. – рассмеялся дворф, – придется поверить мне на слово. Слушай дальше: когда он бродил по свету, он наткнулся на свою жену – Катнелин, но она сильно изменилась, стала бледной, худощавой, чернокнижником. Опустив всю лишнюю романтику, что они повторно сблизились и про-чие сопли – неизвестно как, но они вернули Гром’гока к жизни. Тот стал обычным воином, без каких-либо магических способностей, духов стихий и прочей ерунды. Как это сделали, никто не знает. Возможно, Катнелин отдала камень души, или же они сделали с другими чернокнижниками сложный ритуал – без понятия. В итоге Гром’гок стал обычным орком, который рубит всех налево и направо с такой яростью, что позавидовал бы Смертокрыл, хе-хе, – делая очередной глоток сказал дворф.

– Где осколки?! – выходя из себя встал незнакомец, да так резко, что плащ стянулся с головы и все увидели его лицо. – Выкладывай!

Никто не знал этого человека, все были готовы к очередной драке с поножовщиной, Аджай даже подготовился достать ружье из-под стола, которым он застрелил оленя и кабана, что висят в таверне.

– Будут тебе осколки. – спокойно ответил дворф, посмотрев в глаза разозлившемуся человеку.

Дворф кинул магическую коробочку с замком на стол. Человек посмотрел на нее, взял в руки почувствовал энергию смерти, доносящуюся из нее, что едва ли сдерживала магия, которой коробка была околдована.

– Сразу бы не мог это сделать, где ключ?! – сказал незнакомец, посмотрев на место, где ранее сидел дворф.

Но дворфа не было, была едва ли заметна хроматическая аберрация, пустота. Посетители исчезли, таверна стала пустой. Не слышно даже журчание воды в стоках клоаки. Сердце человека стало стучать чаще и сильней, что эхом отдавалось от стен этого места. Человек хотел вытащить меч, но взглянув на грудь увидел торчащий кончик кинжала. Кто-то ловким движением перерезал горло незнакомцу, что тот, пытаясь остановить кровотечение, получил серию из быстрых ударов и упал. Пока тот был в сознании, тот напоследок услышал:

– Что-то ты долго, Аббер, знаешь, как сложно поддерживать массовую оптическую иллюзию? – сказал некто женским голосом.

– Ничего, это того стоило. Анима нам пригодится в темных землях – послышался хриплый, мертвый голос, будто говорил мертвец, – доставай кошель и уходим отсюда.

И к тому моменту человек потерял сознание…

Добавить комментарий